Обратная дорога
Прикольно ехать в плацкарте, на верхней полке, когда за стеной туалет, и, если вытянуться во весь метр девяносто четыре, ноги не дают открыть утолившим жажду курения или туалета людям дверь в спальную часть вагона.
А еще прикольно наблюдать за женщиной, которая весь вечер и часть ночи ходит в тамбур, и, проходя мимо нашего плацкарта, останавливается и смотрит, смотрит, смотрит... На Жаклин, на Марго, на Ромика, на меня, на бутылку пива на столе. Возникает неминуемое чувство, будто женщина хочет что-то спереть; поступает предложение на всякий случай ее "вырубить"... А затем она копается в сумке, вытаскивакт из нее бумаги и паспорт, кладет их под подушку и спокойно засыпает... Наутро оказывается, что едет женщина с семьей, которая, вполне вероятно, могла расстроиться, если бы ее все-таки "вырубили".
Марго перепала наволочка, испачканная кровью, а Ромику - жуткое отравление, пик которого пришелся на ужасно долгю стоянку в Белгороде.
Последнее, что я помню перед тем, как уснуть - это синее лицо девочки, на верхней боковой полке. Она просто играла в телефон.